В 2026 году в Германии не работает ни одной коммерческой атомной электростанции. Последние три реактора — Isar 2, Emsland и Neckarwestheim 2 — окончательно остановились 15 апреля 2023 года, завершив более чем шестидесятилетнюю историю производства электроэнергии за счёт расщепления атомных ядер в этой стране. Решение о полном отказе от этой технологии, символично названное Atomausstieg, стало реальностью, хотя сегодня часть немецких политических элит открыто называет его стратегической ошибкой.
Вопрос «сколько атомных электростанций в Германии» сегодня имеет один однозначный ответ: ноль. Это не просто сухая статистика. Это результат глубоких социальных, политических и культурных сдвигов, которые обошлись в сотни миллиардов евро, полностью изменили энергетический баланс страны и до сих пор отбрасывают тень на безопасность поставок и цены на электричество для миллионов домохозяйств и предприятий. В пиковые годы атомная энергия обеспечивала до четверти всей немецкой электроэнергии — сегодня её место заняли ветряки, солнечные панели, уголь и природный газ.
Хотя политика отказа от атома в нынешнем виде необратима, а демонтаж станций идёт полным ходом, дискуссия об атомной энергетике не утихает. Новое поколение политиков, включая канцлера Фридриха Мерца, открыто сожалеет о тех решениях, указывая на более высокие выбросы CO₂, рост цен на электричество и потерю конкурентоспособности промышленности. Чтобы понять этот процесс, нужно смотреть дальше голых цифр — на человеческие драмы, инженерные шедевры, которые сейчас разбирают, и уроки, которые извлекает вся Европа.
Текущее состояние: ноль работающих энергетических реакторов
В 2026 году на территории Германии не работает ни один коммерческий реактор, производящий электроэнергию для электросети. Все 36 исторических энергоблоков находятся на разных этапах демонтажа или безопасного хранения. О новых инвестициях в классическую атомную энергетику речи не идёт — политика федерального правительства остаётся чёткой.
Сразу стоит развеять возможные сомнения новичков. Говоря об «атомных электростанциях», мы имеем в виду крупные промышленные объекты, где управляемая реакция расщепления ядер урана нагревает воду, превращая её в пар, который приводит в движение турбины генераторов. Это совсем не то же самое, что малые исследовательские реакторы в научных центрах — они по-прежнему существуют, но не производят электричество для экономики.
Для тех, кто глубже интересуется: в своей истории Германия в основном использовала водо-водяные реакторы под давлением (PWR), а также один крупный кипящий реактор (BWR) в Гундреммингене. Все последние энергоблоки относились к типу PWR мощностью порядка 1,3–1,4 ГВт каждый. Их остановка означала потерю около 4 ГВт стабильной низкоуглеродной мощности в системе.
История, которая привела к нулю — от энтузиазма до окончательного конца
Начало немецкой атомной энергетики относится к концу 1950-х годов XX века. Первая экспериментальная станция VAK Kahl запустилась в 1960 году. В последующие десятилетия страна пережила настоящий технологический бум — строили новые блоки, Германия стала европейским лидером в области реакторной инженерии. В 1990 году атомная энергия давала около 25–30% производимой электроэнергии.
Перелом наступил после катастрофы в Чернобыле в 1986 году. Экологическое движение, уже сильное с 1970-х, получило мощный аргумент. Партия зелёных, вошедшая в правительство в 1998 году, сделала отказ от атома одним из своих главных требований. В 2000 году был принят закон, ограничивающий срок работы реакторов.
В 2010 году тогдашнее правительство Ангелы Меркель продлило лицензии — казалось, атом останется с нами надолго. Всё изменилось в марте 2011 года после аварии на Фукусиме. В течение нескольких недель сразу отключили восемь реакторов, а остальным установили срок до конца 2022 года. В итоге последние три блока проработали ещё три месяца — до 15 апреля 2023 года — из-за газового кризиса, вызванного войной на Украине.
Это была не спонтанная эмоциональная реакция. Это был процесс, растянувшийся более чем на два десятилетия, отмеченный протестами, парламентскими дебатами и сменой правительств. Сегодня многие экономисты и инженеры открыто говорят, что цена этого пути — как финансовая, так и экологическая — оказалась значительно выше, чем предполагалось.
Три последних стража атома — подробный портрет прощания
Прежде чем наступила тишина, работали три современных, хорошо поддерживаемых блока. Вот их краткие характеристики:
| Название электростанции | Расположение (федеральная земля) | Тип реактора | Электрическая мощность (нетто) | Дата окончательного отключения |
|---|---|---|---|---|
| Emsland | Линген, Нижняя Саксония | PWR (водо-водяной под давлением) | ок. 1335 МВт | 15 апреля 2023 |
| Isar 2 | Эссенбах около Ландсхута, Бавария | PWR (водо-водяной под давлением) | ок. 1410 МВт | 15 апреля 2023 |
| Neckarwestheim 2 | Неккарвестхайм около Хайльбронна, Баден-Вюртемберг | PWR (водо-водяной под давлением) | ок. 1310 МВт | 15 апреля 2023 |
Каждая из этих станций могла работать ещё многие годы — их реакторы находились в отличном техническом состоянии. Отключение означало не только потерю чистой энергии, но и начало дорогостоящего процесса демонтажа, который растянется на десятилетия.
Демонтаж — от мощных конструкций к пыли и воспоминаниям
Процесс ликвидации атомной электростанции — это не обычный снос. Сначала нужно полностью удалить ядерное топливо (defuelling), затем демонтировать радиоактивно активные элементы, а в конце заняться обычными конструкциями. В Гундреммингене в октябре 2025 года с грохотом рухнули две огромные градирни — символичный конец атомной эры в Баварии.
Стоимость демонтажа оценивается в десятки миллиардов евро. Операторы (E.ON, RWE, EnBW) заранее должны были создать соответствующие резервы. Государство взяло на себя ответственность за окончательное захоронение отходов. Самой большой проблемой остаются высокоактивные отходы — тысячи тонн отработанного топлива ждут в сухих контейнерах типа CASTOR на территории бывших станций или в центральных промежуточных хранилищах. Окончательное глубокое захоронение всё ещё находится на этапе поисков и подготовки.
Влияние на энергетический баланс и кошельки немцев
Замена атомной энергии не обошлась без потерь. С 2011 по 2023 год Германия лишилась около 800 ТВт·ч безуглеродной электроэнергии. В значительной степени пробел заполнили уголь и природный газ. В 2024 году структура генерации выглядела так: ветер — 27%, уголь — 24%, природный газ — 17%, солнце — 15%, биомасса и отходы — 10%, гидро — 6%. Атом — 0%.
Результат? Более высокие выбросы CO₂ по сравнению со сценарием сохранения реакторов, более высокие цены на энергию для промышленности и домохозяйств, а также большая зависимость от импорта. Анализы показывают, что если бы последние реакторы продолжали работать, доля низкоуглеродных источников в 2024 году могла бы достичь даже 94% вместо реальных 61%. Немецкая энергоёмкая промышленность — химия, металлургия, автомобилестроение — особенно остро это ощущает.
Социальное и культурное измерение немецкого «атомного прощания»
Решение об отказе от атома не возникло на пустом месте. В Германии с 1970-х годов действует одно из самых сильных антиатомных движений в Европе. Слоган «Atomkraft? Nein danke!» стал частью поколенческой идентичности. Протесты у станций, блокады, судебные процессы — всё это формировало нарратив, что ядерная энергия не только рискованна, но и морально сомнительна.
Фукусима в 2011 году сработала как катализатор. Даже консервативное правительство Меркель уступило давлению общественного мнения. Сегодня, когда цены на энергию бьют рекорды, а немецкие заводы задумываются о переносе производства за границу, часть общества начинает смотреть на те решения с большим скепсисом. Опросы показывают разделённые мнения — многие по-прежнему боятся атома, но растущая группа видит его преимущества в контексте декарбонизации и энергетической безопасности.
Сравнение с соседями — Франция, Польша и остальная Европа
Пока Германия отключала последние реакторы, Франция последовательно поддерживает флот из 56 блоков, обеспечивая более 60% своей электроэнергии за счёт атома. Польша строит первую атомную электростанцию в Хоцеве и планирует следующие. Чехия, Венгрия, Словакия — все делают ставку на ядерную энергию как на опору трансформации.
Немецкий путь поэтому является исключением на фоне Центральной и части Западной Европы. Цену этой исключительности платят не только немцы, но и вся европейская энергетическая система, которой приходится справляться с нестабильностью возобновляемых источников и растущим спросом на регулируемую мощность.
Может ли атом вернуться? Дискуссии 2026 года
Канцлер Фридрих Мерц публично назвал решение об отказе от атома «серьёзной стратегической ошибкой». В мае 2025 года Германия сняла возражения против равного отношения к ядерной энергии и возобновляемым источникам в климатической политике ЕС. Появляются голоса о возможности строительства малых модульных реакторов (SMR) в будущем, особенно в Баварии.
Однако реальность жёсткая. Демонтаж уже сильно продвинулся, профильные специалисты частично разъехались, а возвращение к классическим реакторам потребовало бы не только гигантских вложений, но и изменения законодательства и широкого политического консенсуса, которого пока нет. Акцент смещается скорее на исследования термоядерного синтеза — технологии, которая когда-нибудь может изменить правила игры, но пока остаётся в сфере экспериментов.
Что дальше с немецкой энергетикой?
Германия последовательно реализует цель отказа от угля к 2038 году и достижения климатической нейтральности к 2045 году. В планах — строительство 20 ГВт новых газовых мощностей как резерва для нестабильных ВИЭ. Одновременно идут огромные инвестиции в передающую сеть — оцениваемые в 55 миллиардов евро до 2030 года — потому что без неё даже самое большое количество ветряков и панелей не хватит.
Процесс демонтажа атомных станций продлится ещё многие годы. Местные сообщества вокруг бывших объектов учатся жить без крупных работодателей и налогов, которые обеспечивали эти установки. Инженеры и техники, которые десятилетиями обеспечивали безопасность реакторов, сегодня контролируют их разборку — часто со смешанными чувствами.
Вопрос «сколько атомных электростанций в Германии» в 2026 году имеет простой и одновременно невероятно сложный ответ. Ноль — но за этой цифрой стоит целая история о выборах, которые формируют не только энергетический баланс, но и идентичность целой нации и будущее европейской энергетической трансформации. Разговор об этом не закончился с отключением последнего реактора. Он только развивается.
