Великобритания провела 47 лет в качестве члена Европейских сообществ, а затем Европейского союза, внося в них свою экономическую мощь, дипломатический прагматизм и в то же время глубокий скептицизм по отношению к передаче суверенитета институтам в Брюсселе. Ее выход 31 января 2020 года после референдума в июне 2016-го не был просто формальным юридическим актом — он стал поворотным моментом, который на годы изменил расстановку сил в Европе, повлиял на повседневную жизнь миллионов людей и обнажил трещины внутри самого британского общества.
Десять лет спустя, в 2026 году, отношения между Лондоном и Брюсселем вступают в новую фазу. Правительство Кира Стармера проводит политику перезагрузки: первым шагом стал саммит ЕС–Великобритания в мае 2025 года, за которым последовали соглашения по безопасности, торговле сельхозпродукцией и образовательным программам. При этом опросы стабильно показывают, что все больше британцев сожалеют о решении 2016 года и хотят более тесных связей с континентом — хотя и без возвращения к полному членству и свободному передвижению людей.
Для поляков, которые десятилетиями ездили на Британские острова в поисках работы, открывали бизнес или учились, эти изменения имеют очень практическое значение — от бюрократии на границах до новых возможностей в науке и научном сотрудничестве. Отношения Великобритании с Евросоюзом — это не только сухая история договоров. Это рассказ об идентичности, экономике и геополитике, который продолжает писаться.
Корни членства — от вето де Голля до флага над Брюсселем
1 января 1973 года флаг Великобритании взвился рядом с флагами государств Европейских сообществ. Путь к этому моменту был долгим и полным унижений. В 1961 и 1967 годах Лондон подавал заявки на вступление, но французский президент Шарль де Голль дважды их ветовал, опасаясь, что Великобритания принесет в Сообщество слишком сильное американское влияние и ослабит позиции Франции. Только после ухода де Голля и смены президента переговоры набрали обороты.
Премьер-министр Эдвард Хит, ярый сторонник европейской интеграции, добился подписания договора о присоединении в январе 1972 года. Год спустя Великобритания вместе с Данией и Ирландией стала членом тогдашнего ЕЭС. Для многих британцев это был брак по расчету: экономике нужны были новые рынки сбыта, а политики хотели вернуть влияние на континенте после потери империи.
Уже в 1975 году Гарольд Вильсон объявил референдум, который должен был подтвердить членство. Результат оказался однозначным — 67% голосовавших высказались за сохранение членства. В те годы Европа ассоциировалась у британцев прежде всего с торговлей и стабильностью, а не с утратой суверенитета. Культурные и правовые различия — например, отказ от присоединения к Шенгену или евро — уже тогда были заметны, но не доминировали в публичных дебатах.
Годы напряженности — Тэтчер, бюджетная скидка и растущий евроскептицизм
Маргарет Тэтчер, занявшая пост премьер-министра в 1979 году, быстро стала символом британского сопротивления «брюссельской бюрократии». Ее знаменитая борьба за бюджетную скидку — снижение британского взноса в общую казну — завершилась успехом в 1984 году на саммите в Фонтенбло. Тэтчер аргументировала, что Великобритания платит больше, чем получает, в основном из-за меньшего сельского хозяйства по сравнению с континентальной Европой. Эта скидка стала одним из самых устойчивых символов британской исключительности в ЕС.
Последующие десятилетия принесли новые конфликты. Маастрихтский договор 1992 года спровоцировал кризис в Консервативной партии — несколько депутатов взбунтовались против более глубокой интеграции. Джон Мейджор выторговал для Великобритании opt-out в валютной и социальной сферах. Тони Блэр, напротив, был более проевропейским, но даже он не ввел страну в еврозону и Шенген. Евроскептицизм постепенно становился мейнстримом правой политики, подогреваемым таблоидами и партиями вроде UKIP.
В 2005 году во время британского председательства в Совете ЕС приоритетами Лондона были либерализация услуг, борьба с терроризмом и партнерство с Россией и Украиной. Уже тогда было видно, что Великобритания хочет экономически сильной и открытой миру Европы, но не обязательно федеральной и политически унифицированной.
Референдум 2016 года — решение, которое разделило страну
Дэвид Кэмерон, желая успокоить евроскептиков в собственной партии, в 2015 году пообещал референдум по вопросу членства. Он рассчитывал, что после переговоров об условиях ему удастся убедить британцев остаться. Переговоры с Брюсселем принесли несколько уступок — в частности, по социальным пособиям для иммигрантов из ЕС, — но не удовлетворили жесткое крыло консерваторов.
Кампания перед референдумом 23 июня 2016 года стала одной из самых эмоциональных в истории Великобритании. Сторонники выхода подчеркивали суверенитет, контроль над границами и деньги, которые «идут в Брюссель вместо NHS». Сторонники сохранения членства предупреждали об экономическом хаосе и потере влияния. Результат — 51,9% за выход при явке 72% — удивил многих, в том числе самого Кэмерона, который сразу подал в отставку.
Разделения оказались глубокими. Шотландия и Лондон в основном проголосовали за сохранение членства, в то время как многие регионы Англии и Уэльса поддержали Brexit. Для части общества это был протест против глобализации и элит. Для других — болезненная утрата европейской идентичности.
Процесс выхода — хаос, задержки и окончательное расставание
Тереза Мэй, сменившая Кэмерона, запустила статью 50 Договора о ЕС 29 марта 2017 года. Переговоры тянулись годами, полные парламентских драм, двух досрочных выборов и трех продлений срока выхода. Мэй трижды проигрывала голосования по соглашению о выходе в Палате общин.
Борис Джонсон, ставший премьер-министром в июле 2019 года, пообещал «завершить Brexit». После выборов в декабре 2019 года, где консерваторы получили уверенное большинство, парламент быстро одобрил соглашение. 31 января 2020 года в полночь Великобритания перестала быть членом Евросоюза. Начался переходный период до конца года, в течение которого страна продолжала участвовать в едином рынке и таможенном союзе.
24 декабря 2020 года, за несколько дней до окончания переходного периода, стороны согласовали Соглашение о торговле и сотрудничестве (TCA). Именно оно и по сей день составляет основу торговых и регуляторных отношений между Великобританией и ЕС.
Повседневная жизнь после Brexit — что на самом деле изменилось для людей и бизнеса
Выход из Евросоюза не стал революцией за один день. Последствия проявлялись постепенно — через бюрократию, задержки и дополнительные расходы. Водители грузовиков, застрявшие в очередях в Дувре и Кале, стали символом первых месяцев 2021 года. Компаниям пришлось заполнять таможенные декларации, получать сертификаты происхождения и адаптироваться к новым санитарным и фитосанитарным требованиям.
Для обычных граждан самыми ощутимыми стали изменения в поездках и трудоустройстве. Право на свободное проживание и работу в ЕС перестало действовать. Британцам, планирующим длительное пребывание на континенте, пришлось оформлять визы или разрешения на проживание. В обратную сторону — граждане ЕС в Великобритании подавали заявления по программе settled status. Сотни тысяч поляков прошли через этот процесс, хотя без проблем с документами и неопределенностью не обошлось.
В финансовом секторе Сити Лондон потерял автоматический доступ к единому рынку ЕС (так называемый passporting). Часть компаний перенесла операции во Франкфурт, Париж или Дублин. Наука и исследования пострадали от потери легкого доступа к европейским фондам — хотя позже Великобритания частично вернулась в программу Horizon Europe. Рыболовство, одна из ключевых тем кампании Leave, принесло разочарование: новые квоты не компенсировали потерю доступа к водам ЕС в той мере, как обещали.
Экономический баланс — цифры, которые говорят сами за себя
Экономисты уже много лет пытаются оценить реальную цену Brexit. Исследования 2025–2026 годов, основанные на макроэкономических данных и опросах бизнеса, показывают снижение британского ВВП на 6–8% по сравнению со сценарием сохранения членства. Бизнес-инвестиции оказались ниже на 12–18%, занятость и производительность — на 3–4%.
Торговля с Евросоюзом, который до Brexit был главным рынком сбыта для британских товаров, заметно пострадала. В 2025 году реальный экспорт товаров в ЕС был на 14% ниже, чем в 2019-м. Импорт тоже снизился, хотя и меньше. Сфера услуг, включая финансы и консалтинг, справилась лучше благодаря гибкости, но и здесь появились регуляторные барьеры.
Не все последствия негативны: некоторые компании диверсифицировали рынки за пределы Европы, а правительство заключило новые торговые соглашения — с Австралией, Новой Зеландией, Индией. Однако большинство анализов подтверждает, что выгоды от этих сделок не компенсировали потерь на европейском рынке, который остается самым близким географически и наиболее интегрированным.
Социальные и культурные последствия Brexit
Brexit был не только экономическим решением. Это был референдум об идентичности. Для части общества он означал возвращение национальной гордости и контроля над собственной судьбой. Для других — утрату открытости, молодости и европейской перспективы. Поколенческие, классовые и региональные разломы, проявившиеся в 2016 году, заметны до сих пор.
Многие молодые британцы, голосовавшие за сохранение членства, ощущают себя потерянным поколением — лишенным легкого доступа к учебе, работе и жизни на континенте. С другой стороны, в некоторых сообществах поддержка Brexit остается сильной — особенно там, где глобализация и иммиграция воспринимались как угроза местной идентичности и рабочим местам.
Поляки в Великобритании особенно остро почувствовали эти перемены. До 2016 года польская община насчитывала около миллиона человек. После Brexit часть вернулась домой, часть получила settled status и осталась, а новоприбывшим пришлось проходить визовую систему. Многие по-прежнему работают в ключевых секторах — от здравоохранения до сельского хозяйства и строительства — и составляют важную часть британской экономики.
Перезагрузка отношений в 2025–2026 годах — Стармер строит новые мосты
После победы Лейбористской партии на выборах в июле 2024 года Кир Стармер объявил о «перезагрузке» отношений с Евросоюзом. Речь не шла о возвращении в ЕС — красные линии правительства были четкими: никакого возврата к единому рынку, таможенному союзу и свободному передвижению людей. Задача заключалась в прагматичном укреплении сотрудничества там, где это выгодно обеим сторонам.
Первый после Brexit саммит ЕС–Великобритания прошел 19 мая 2025 года в Лондоне. Тогда согласовали стратегическое партнерство, включая сотрудничество в сфере безопасности и обороны, энергетики и контактов между людьми. В следующие месяцы появились конкретные результаты: Великобритания вернется в программу Erasmus+ с 2027 года, идут переговоры по санитарному и фитосанитарному соглашению (SPS) для упрощения торговли продовольствием, а также обсуждается стыковка систем торговли выбросами.
Общественное мнение явно меняется. Все больше британцев замечают издержки Brexit в повседневной жизни — рост цен, меньший ассортимент товаров, сложности с поездками. Опросы 2026 года показывают, что большинство хочет более тесных отношений с ЕС, а значительная часть даже открыто рассматривает полный возврат. Эта перемена заметна даже среди части тех, кто в 2016 году голосовал за выход.
Что дальше? Возможные сценарии на ближайшие годы
Следующий саммит ЕС–Великобритания, запланированный на лето 2026 года, должен стать новым шагом в перезагрузке. Стороны обсудят, в частности, youth experience scheme — новую программу обмена для молодежи, которая частично заменит возможности Erasmus, — а также более глубокое сотрудничество в обороне, кибербезопасности и противодействии гибридным угрозам.
Возможны разные модели интеграции без полного членства. Самая реалистичная на сегодня — секторальное сближение регулирования (например, в автопроме, химической и фармацевтической отраслях), где общие стандарты упрощают торговлю. Другой вариант — более широкое соглашение по услугам и мобильности молодежи при сохранении контроля над границами. Самый амбициозный, хотя и политически сложный, сценарий — постепенное расширение TCA на новые сферы, включая возможный финансовый вклад Великобритании в отдельные политики ЕС.
Геополитика способствует сближению. Война в Украине, напряженность с Китаем и неопределенность торговой политики США заставляют и Брюссель, и Лондон видеть ценность в совместных действиях. Великобритания приносит сильную армию, передовые разведслужбы и глобальный дипломатический вес. Евросоюз предлагает крупнейший в мире интегрированный рынок и механизмы координации.
Польская перспектива — что означают Brexit и перезагрузка для нас
Для Польши отношения Великобритании с Евросоюзом имеют как экономическое, так и человеческое измерение. Великобритания остается одним из ключевых торговых партнеров — мы экспортируем туда продовольствие, мебель, автомобили и автокомпоненты. Торговые сложности после Brexit затронули многие польские компании, особенно небольших экспортеров, которым пришлось освоить новые таможенные процедуры.
Поляки в Великобритании по-прежнему образуют одну из крупнейших иммигрантских общин. Те, кто получил settled status, могут легально жить и работать. Новым приезжим нужно соответствовать визовым и зарплатным требованиям, что ограничивает приток дешевой рабочей силы, но повышает стандарты занятости. В здравоохранении, транспорте и сельском хозяйстве польские специалисты продолжают играть важную роль.
Перезагрузка отношений между Лондоном и Брюсселем может принести Польше косвенные выгоды: упрощение торговли, больше возможностей для студентов и ученых благодаря возвращению в Erasmus, а также усиление сотрудничества в сфере безопасности перед лицом восточных угроз. При этом Польша как член ЕС должна внимательно следить, чтобы сближение не привело к «Европе двух скоростей», где Великобритания пользуется преимуществами интеграции без полных обязательств.
История Великобритании в Евросоюзе показывает, что отношения между суверенными государствами редко бывают простыми и окончательными. Даже после формального расставания пути могут снова сойтись — на этот раз на более прагматичных и реалистичных условиях 2026 года. Станет ли это очередной главой бурного романа или зрелым партнерским сотрудничеством — покажет ближайшее будущее.
